• Погода
  • Валюта
--> -->

В Северодонецке на сцене Луганского областного академического украинского музыкально-драматического театра в премьерном спектакле «Веселый дух» по пьесе Ноуэла Кауарда популярная актриса Римма Зюбина отправилась в астрал загадочным медиумом, а вернулась очень открытым, безгранично обаятельным собеседником

Семен ПЕРЦОВСКИЙ

Говорили мы после спектакля в довольно прохладной комнате. В отличие от звезды театра и кино я был одет тепло, потому поначалу чувствовал себя неловко. Римма Анатольевна вмиг убрала эту преграду:

– Не надо беспокоиться. Разве после такой комедии может быть зябко?! Кстати, это вы сидели в первом ряду?

– Мешал вам?

– Наоборот – помогали улыбками. Хорошо, когда рецензия сразу налицо.

– Как не улыбаться от такой эксцентрики! Забавных находок хватало. Это режиссерские разработки или ваши импровизации?

Актриса и постановщик Владимир Московченко хитро посмотрели друг на друга и синхронно уточнили:

– Вам правду или как?

– Как на духу, естественно, раз такая пьеса.

– Тогда отвечу я. Владимир Юрьевич, как режиссер, выделяется своей особой интеллигентностью, толерантностью. Он старается не диктовать актеру, что да как, а подводит к самостоятельным решениям. Но потом понимаешь: практически всё обусловлено им.

– Это вы понимаете в силу своего режиссерского образования и как жена знаменитого режиссера?

(Супруг Зюбиной Станислав Моисеев – преемник Богдана Ступки на посту художественного руководителя Национального академического драматического театра имени Ивана Франко).

– Моисеев о почерке Владимира Московченко узнал много лет назад. Он тогда ставил спектакль в Мариупольском театре, которым заправлял Владимир Юрьевич, немало у него почерпнул.

– А вы, Римма Анатольевна, как стали на режиссерский путь?

– Потому что в «Карпенко-Карого» на актера не приняли. Сказали, что не хватает эмоциональности. Вот здесь и сейчас опровергала это.

– Станислав Анатольевич как режиссер не давал опровергать?

– Когда служили в одном театре, восемь лет не давал мне главных ролей. Мол, «жена Цезаря должна быть вне подозрений», ей положено пробиваться самой.

– Но вам и Московченко не дал сейчас главной роли...

– Таким было мое условие. Считаю, ориентировать спектакль на приезжую приму не стоит. Это мешает раскрываться другим актерам. Сейчас отказываюсь и от участия в российских проектах, но это, ясно, из других соображений. А в областном театре есть свои очень достойные актрисы – тонкая, блистательная Ольга Яковенко, многогранный самородок Наталья Карчкова, которая играет в «Веселом духе» ту же роль, что и я.

– Местные артисты говорили мне, что с вами им работается весьма комфортно, у вас совершенно отсутствует «звездность». Переболели?

– Вроде как и не заболевала. В свое время насмотрелась на тех, кто ни во что не ставит коллег, других работников театра, на некоторых заносчивых жен и пассий режиссеров. Дала себе слово: никогда такой не буду. И если на то пошло, сама робела, когда приехала сюда. Пока была в зарубежных поездках, работа над спектаклем тут шла вовсю. Но – вписалась.

– Чем, по-вашему, силен этот коллектив?

– Целеустремленной энергией, задорным настроем. Именно служением театру, а не просто работой. К тому же в столице, бывает, и текст учат в последний момент, а здесь не жалеют труда, всё скрупулезно прорабатывают, без долгих раскачек.

– Вы много работаете на телевидении. Так, может, с тем же «Духом» или с другой постановкой сделать телеспектакль? Даже в Голливуде когда-то сняли фильм по этой пьесе.

– Обычно, берясь за новую работу, не смотрю аналогичные – это сковывает. Но хорошие телеспектакли – моя слабость. Как бы без них мы увидели великих театральных актеров? Увлекалась ими с детства, в своем Ужгороде, потому и решила пойти в артисты. Была в самодеятельности, а с 19 лет – на профессиональной сцене. Сколько сделанного не только мною ушло в песок – никто никогда этого не увидит! А было бы запечатлено...

Только лучше этого не делать вообще, чем кое-как, убивая постановку. Как у нас сейчас снимают телеспектакли? Как футбол. Поставят по камере в центре и по бокам – и хватит. Видела, как это происходит за рубежом: и камер много, и вариантов несколько. А главное, телевизионщики предварительно вникают в саму пьесу.

– Раз уж мы о пьесах. Эта выбиралась с вашим участием?

– Да. Читали еще несколько. Но там требовались актеры гораздо старше, чем в этой молодежной труппе. Тогда они еще ходили в детсад.

– Не успеваю записывать ваши шутки...

– Не шучу. Театр-переселенец не имел своего помещения. В Северодонецке ему сначала предоставили бывший детсад. Когда директор Сергей Дорофеев, с которым мы познакомились как волонтеры, приглашал сюда, шли какими-то лабиринтами. Рада, что теперь они выбрались, получили прекрасное здание, что у них есть постоянные зрители.

– Действительно, вас на Донбассе знают уже не первый год – как проводника украинского киноискусства, волонтера. Теперь избрали другое направление?

– Волонтерством занималась и буду заниматься. По-прежнему ко мне обращаются люди, и вместе с друзьями помогаю им или связываю с теми, кто может помочь. Сколько мы наездили по Луганщине на своем раздолбанном автобусе, где только ни побывали! Пора эту работу поднимать на новый уровень. Не в том смысле, что машина сейчас лучше, а по основательности, системности. В той же культуре. И с областным театром сотрудничаю на волонтерских началах, без гонораров, хотя Сергей Дорофеев хотел бы забрать мою трудовую книжку. Ведь в Киевском Молодом театре теперь служу не на постоянной основе – есть другие проекты.

– Расскажите о них, пожалуйста.

– Кроме новых спектаклей в киевских Молодом и театре «Актер», участвую в фестивале камерной сцены в родном Ужгороде. Авторская программа для детей-сирот на телеканале «UА TV». Его смотрят в разных странах, на своих языках. Работаем и с детскими домами, и с потенциальными приемными родителями. Внимательно знакомлюсь с теми, кто хочет усыновить-удочерить ребенка. Не в каждой семье ему может быть лучше, чем в интернате.

– Интернат для сирот есть и в Северодонецке, нынешнем административном центре Луганщины...

– Он в поле нашего зрения. А Луганскому театру предложу сотрудничать и по проекту «Class Act», развернутому драматургом, режиссером Натальей Ворожбит с участием известных артистов. Он объединяет детей Восточной и Западной Украины. Например, ребята из Попасной и Счастья, что на Луганщине, создавали документальные пьесы вместе с ровесниками из Нововолынска и ривненского Клесова. Дети подают пример взрослым.

– Вы это сказали с какой-то горечью.

– К сожалению, для многих Восток Украины остается некой «Terra Incognita». Даже журналисты, которым рассказываешь о замечательном городе Северодонецке, нередко спрашивают: «А где это?». Разъясняешь, исправляешь ошибки в написании – толку немного. Вот и «Укрзалізниці» мне пришлось доказывать, что нельзя доставлять здешних жителей в столицу... в 4 утра. Меня-то привезут-увезут (собираюсь каждый месяц играть в Северодонецке), а других, у кого нет денег на такси?

– На днях расписание улучшили. И этот поезд, кстати, дальше прямиком идет в ваш родной Ужгород.

– Славно. Всё можем, если захотим. И с раздолбанного автобуса обязательно пересядем на современный!

ЧЕМУ УЧИТ СПЕКТАКЛЬ?

Кроме серьезных поворотов, в нашем разговоре с Риммой Зюбиной было и много веселого. Она рассказывала о том, почему ее сын Даня не хочет быть актером, каково было «спать» по роли в «Веселом духе», как исполнитель главной роли Ярослав Грошев, когда в спектакле требовалось воздействовать на ее персонажа физически, сначала элементарно боялся дотронуться до звезды... Но пусть читатели поимпровизируют на этот счет сами.

И – постараются увидеть спектакль. Театр намерен показать его весной в столичном Доме офицеров и на других сценах Украины.

– Хочется, чтобы при этом максимально сохранили оригинальную сценографию, – сказала Римма Зюбина. – Меня молодая северодонецкая журналистка спросила: «А чему учит этот спектакль?». Ответила, что ничему особому, это же не соцреализм. Но вот полюбить театр поможет.

Распечатать
© По материалам Луганщина.ua
Наверх