Юрий Гарбуз возглавляет родную Луганскую область, разделенную пополам линией разграничения. От его кабинета до ближайшей позиции боевиков всего 40 км. Но он не делит территорию на подконтрольные и временно оккупированные районы – для него это всё единая Луганщина. Мы публикуем сокращенную версию интервью губернатора изданию «Реалист», где он рассказал об особенностях социально-экономической ситуации в регионе и настроениях его жителей

Рузана ЕМЕЛЬЯНОВА

– Один из главных вопросов в сегодняшней повестке дня – это закон о реинтеграции Донбасса. Как вы к нему относитесь?

– Скажу о плюсах. Во-первых, Россию наконец признали агрессором. Сегодня на территории Украины есть танки, есть военнослужащие другой страны – и мы это признали. Мы заявили, что это не внутренние проблемы – все-таки есть вмешательство другой страны. И что не менее важно для тех, кто рожден на Востоке: мы избавляемся от ярлыка, что каждый живущий на этой территории – сепаратист, и признаем, что в большинстве это люди, пострадавшие от агрессии другой страны.

– А если говорить о минусах?

– Много воды. Если названные мной пункты четко просматриваются, то 16 остальных листов – это слишком много. Мне кажется, этот закон должен быть на одну страницу: первое, второе, третье – и понятно, куда мы идем. В любом случае, закон был принят пока только в первом чтении.

– Сейчас обсуждается возможность размещения в Украине миротворческого корпуса – об этом говорят президент, депутаты. Но как на миротворцев отреагирует местное население?

– Одно могу сказать точно: устали все. Устали здесь, устали на временно неподконтрольных территориях. Устали ребята в окопах, потому что ждать четыре года, пока прилетит мина, и не отвечать на обстрелы... Все устали – и нужно принимать решение.

– В то же время блокада Донбасса продолжается. Это ударило по области?

– Перекрыта железная дорога. По этой дороге вывозился уголь и металл. Естественно, оплата была в гривнах, платились налоги. Не совсем нормально везти уголь из Африки и Америки, если он есть здесь, и людям нужно платить зарплаты. Алчевский металлургический комбинат, который нормально работал, привлекал инвестиции, сегодня уже никуда металл не везет. Не везет металл – значит, мы потеряли рынок, а рынок продажи металла очень непростой, в ВВП страны он играет очень серьезную роль.

– В мае вы говорили, что блокада осенью скажется на зарплате бюджетников.

– По зарплатам, слава богу, мы вытягиваем. Областной бюджет сегодня идет с минусом, но зарплаты получают все. И тем не менее, область потеряла 36,6% поступлений – в пределах 700 млн грн (около 200 млн – с украинской территории и 500 млн – с неподконтрольной). Естественно, это создало дыру в общем бюджете. Особенно это сказалось на финансировании программ, которые должны были работать на развитие территорий. Сегодня этих денег нет.

– Вопрос энергобезопасности области остается всё таким же актуальным?

– Самая большая проблема – это ситуация с компанией «ЛЭО», которая никак не разруливается.

Речь идет о финансовом кризисе компании, возникшем из-за долга в 5,5 млрд. При этом Луганская область до сих пор является энергетическим островом на территории Украины.

Мы занимаемся этой проблемой. В очередной раз еду в Киев отстаивать позицию по генерации Северодонецкой ТЭЦ, которая может дать от 60-ти до 80-ти МВт. То есть в случае каких-то проблем Северодонецк, Лисичанск и Рубежное смогут работать на Северодонецкой ТЭЦ. Я был в Канаде и поднял вопрос по строительству электростанции на солнечных батареях на территории Луганской области мощностью в 150 МВт, финансировать будет компания Solar. Это решит многие вопросы. Я хочу, чтобы в 2018 году мы приступили к строительству.

– Что касается программы стартового капитала для развития мелкого местного бизнеса, она работает? На что чаще всего берут деньги?

– Не скажу, чтобы все прибежали и взяли деньги. Конечно, у нас 12 аграрных районов – и мы эту площадку будем максимально вытаскивать для переработки, на добавленную стоимость к тем продуктам, которые мы производим на территории области.

Вот здесь как раз и сказались последствия блокады. Это те программы, на которые мы хотели выделить в пределах 40 млн грн (на погашение кредитов, гранты и на прямое финансирование и поддержку бизнеса). Сегодня мы от них не отказываемся, собираем эти программы, готовим, они уже есть в разработке, но по финансированию у нас есть небольшая дыра.

– Как губернатора вас устраивает существующая местная власть?

– Если брать в целом область, у меня есть маленький вопрос по Лисичанску и очень большой вопрос по Северодонецку, где сегодня все-таки политика забила мозги депутатам. Не освоены деньги, город не развивается. Депутаты меня, к сожалению, не слышат. Я вижу здесь только перевыборы. И надеюсь, придет депутатский корпус, который будет думать о городе, области и стране.

– А нет опасения, что в итоге даже при перевыборах население проголосует всё за тех же «своих» депутатов?

– Я могу отвечать только за то, что сделал или не сделал я. Даже если они все там кумовья, но город развивается и работает – слава богу! Я не хочу говорить о личностях здесь – они не управляют этими процессами. Это игра, которая идет гораздо выше. Но города не развиваются.

Я считаю, здесь уже достаточно настрадались от политических течений, этой политической дизентерии. Только перевыборы – другого выхода нет.

Распечатать
© По материалам Луганщина.ua
Наверх