Редакционное задание подготовить интервью с губернатором сначала показалось будничным. Встреча в уютном кабинете, неспешная беседа – какие здесь могут быть сюрпризы? Но жизнь, как всегда, оказалась многогранней, чем мы о ней думаем. И более непредсказуемой: вместо всего этого корреспондентам «Луганщины.ua» предложили провести с Юрием Гарбузом один из его рабочих дней. А начался он с прифронтовой Станицы Луганской

Анна ЧЕРКАШИНА

МОСТ ЖИЗНИ

Было хмурое утро. Юрий Григорьевич надел синюю толстовку с капюшоном – на первый взгляд, один из тысяч жителей Луганщины, которые ежедневно пересекают линию разграничения через местный КПВВ. Губернатор прошел мимо «окошек» паспортного контроля и ушел дальше: прямо до «сходней». Попросил силовиков не идти следом за ним.

Остановился там, где «паркуются» перевозчики грузов – «верблюды». Сидят мужики курят, ждут заказчиков. Так что вопросам человека в толстовке никто не удивился.

– Мне бы надо килограмм сто мяса переправить на Луганск, – обратился тот к чернявому, который верховодит у «верблюдов».

– Нет, мужик, мясо не получится. Луганск не принимает, – ответили ему.

Визитёр для приличия помолчал. А потом продолжил:

– А что можно? Сыр, масло, мануфактуру?

– Да любой другой товар. Завтра и в любой другой день, – ответил извозчик. – Сегодня там какой-то чин приехал. Шухер с украинской стороны!

Юрий Григорьевич пошел в сторону очереди. Остановился. Поднес сумку какой-то бабушке.

– Мужчина, вы тут не стояли! – тут же отчеканила женщина в махровом берете.

– Мне срочно надо попасть в Станицу, – извиняющимся голосом сказал мужчина.

– А платить готов? – спросили из очереди. – Видишь, парень в красной куртке? А еще тут есть мужик в синем пуховике. Если хочешь в «первую сотню» – это двести гривен.

Мимо в это время «верблюды» тащили инвалидную коляску, на которой сидела пожилая дама.

– Куда это они? – спросил «новичок».

– Как и мы все – за пенсией, – ответили из очереди.

– И вот хватает же совести таскать бабушку за пенсией, – принялась возмущаться женщина в махровом берете. – Лучше бы уже отдали деньги «волонтерам» и не мучили старушку.

– Каким волонтерам?

– Да тем, кто «заочно» пенсии оформляет. Есть такая услуга.

Тут разговорчивых из очереди начали толкать в бок и зашептали что-то на ухо. Гарбуз понял – его узнали. Но и он узнал много. Пора было уходить.

На завтра руководитель области назначит расширенное совещание по вопросам обустройства КПВВ. На этот «мужской разговор» позовут и силовиков, и транспортников и представителей социальных служб.

– Наведение порядка на пункте пропуска в Станице Луганской – наш общий долг, ведь это лицо украинской власти. В ближайшее время на КПВВ создадим дополнительные рабочие места для пограничников и налоговиков, таким образом, повысим пропускную способность пункта.

Патрульная полиция совместно с управлением по безопасности на транспорте, дорожной службой и соответствующим Департаментом облгосадминистрации поработают над разгрузкой автобусной станции. Главная задача, которую я поставил перед службами, ответственными за пассажирские перевозки, – это гарантия безопасности граждан, – сообщил губернатор.

«Для выполнения поставленных задач дал месяц», – коротко напишет на своей страничке в Фейсбуке глава области.

Но в этот день, через пару часов он приедет в Северодонецк. В приемной будет ждать журналист – встреча назначена заранее. Мы войдем в его рабочий кабинет вместе. Но поговорить практически не дадут – мобильный телефон будет звонить безостановочно.

А я тем временем вспоминаю 2015-й год. 19 марта СМИ сообщают о том, что взорван последний мост через Северский Донец. Станичане переправляются в Луганск по веревочной лестнице. Тот, кто не способен на подобную «акробатику», вынужден ехать через Донецкую область...

29 июля 2015 года народный депутат Юрий Гарбуз и на то время губернатор Георгий Тука принимают решение обратиться в СНБО по вопросу снятия блокады со Станицы. Пройдет еще много дней, пока удастся вынести эту тему для обсуждения на государственном уровне. И еще много дней, пока переход откроют.

– Юрий Григорьевич, пора ехать в Кременную, – заглянул в двери кабинета водитель.

В поездку мы снова отправляемся вместе.

АУДИТ ЗДОРОВЬЯ ЛУГАНЩИНЫ

Кабинет главного врача Кременского РТМО едва вместил всех членов Ассоциации медиков Луганщины.

К встрече с Гарбузом готовились. Главный эндокринолог области Евгения Гондарева говорила о том, что при 30-ти тысячах выявленных больных лечить их негде. Отделений нет. Коек нет. Программы нет. Проблема с кадрами.

– Пока будет строиться областная больница, нужно хотя бы 10 коек, – попросит она уже в ходе общего разговора.

Проблему необходимости госзаказа на специалистов-медиков для перемещенных вузов поднимает ректор Луганского медицинского университета Игорь Иоффе.

– Принят необоснованно высокий балл для зачисления на учебу в медицинских вузах, – горячится Игорь Владимирович. – Правда, мы в своем вузе приняли решение – будем пытаться абитуриентов из числа жителей области принимать всех, без учета требования о «150 баллах». Но, чтобы так поступить, нам нужно, чтобы заместители глав районов и городов назвали потребности в кадрах. Пусть они сделают нам государственный заказ!

Главного врача областной детской больницы Светлану Ошеко волновал вопрос нецелевого использования коечного фонда:

– Лисичанская детская больница – пять уборщиц и два человека в отделе кадров. Иллюзия больницы! – горячо расскажет она. – А занимают два этажа. Неужели это можно считать эффективным использованием площадки?

Тему продолжит главный врач Кременского РТМО Лариса Кульбач:

– Я – противница госпитальных округов. А если этого не удастся избежать, нужно, чтобы область стала единым госпитальным округом с номерными больницами экстренной помощи, – скажет она. – Например, вопрос об инфекционных больницах для взрослых. Сделала анализ на основе своего отделения. За год там пролечено 780 человек. Это два человека в день. Содержать штат сотрудников (а заработные платы – с надбавками!) – экономически неэффективно.

Главный кардиолог области Людмила Шелест озабочена тем, что у нас «фактически инфаркты лечатся, как и 50 лет назад». По статистике в области их от 750 до 800 в год, и меньше не становится.

– Есть всего 120 минут, чтобы привезти больного на остром инфаркте. А если, как предполагается в реформе, мы лишимся «скорой помощи» в том виде как она есть..., – Людмила Шелест многозначительно замолкает.

Реформа предполагает замену фельдшеров «скорой помощи», то есть людей со специальным образованием, на парамедиков.

– По нашему региону дефицит бригад составляет 25. Но при этом, все же, система работоспособна и умудряется спасать пациентов, – говорит руководитель службы экстренной медицины Дмитрий Киселев. – До 1 января мы работаем по старой схеме. А дальше как?

Вот и первого руководителя Луганской области интересует этот вопрос: как будет дальше?

– Сейчас много говорят о реформе, все – по-разному. Я пока вижу, что негатива больше. Не разбалансируем ли полностью ту систему здравоохранения, которая есть? Поэтому хотелось бы найти ответственных специалистов, вместе проехать по области, по всем районным больницам, и оценить состояние дел, – подчеркнул Юрий Григорьевич.

Он тут же обратился к медикам с предложением собрать команду. Подобная работа особую актуальность принимает в связи с децентрализацией: в объединенных территориальных громадах пока не понимают, как у них будет работать здравоохранение.

Да и у Луганщины в целом есть ряд специфических особенностей.

– Требуются аргументы, чтобы поднять на уровне правительства вопрос по особой модели организации здравоохранения в воюющей области, – признается Юрий Гарбуз. – У нас другая ситуация по сравнению с другими регионами. К тому же, область – не полная территориально. Мы не можем ни политически, ни экономически, ни логистически принимать реформу на ту «урезанную» ее часть, которая сейчас подконтрольна Украине.

Может быть, следует принять такое решение: до завершения АТО (как минимум) в рамках существующего бюджета предлагаем свою площадку как пилотный проект? Но для этого нужно первым делом выписать дорожную карту.

Разговор велся до глубокого вечера: советовались, сколько нужно времени, чтобы подготовить подобную дорожную карту? Каким должен быть состав специалистов, которые будут выезжать в районы с «медицинским аудитом»? Какие районы обследовать в первую очередь?

Попутно глава ОГА помог решить вопрос о выделении 10 коек для больных эндокринными заболеваниями. Обсудили и вопрос о реабилитационном центре «Озерный». И хотя облбюджет сегодня (из-за известной блокады) «минусует» на почти 700 миллионов, губернатор пообещал найти средства, чтобы реабилитационный центр все же стал собственностью области и начал работу.

В результате заседания принято решение, что, после проведения аудита существующих объектов, будет подготовлена дорожная карта развития здравоохранения Луганщины. И затем эта модель будет презентована как пилотный проект на уровне правительства. Слепого подчинения экспериментам МОЗ не будет – слишком дорогостоящими могут оказаться последствия.

Уже по пути домой, мне показалось, что первый руководитель доволен проведенным днем, и, в частности, состоявшимся разговором.

– Ассоциация – это то общественное объединение, где люди могут собраться с духом и принять решение, что делать в том или ином случае, – говорит Юрий Григорьевич. – Теперь мне важно понять, насколько жизнеспособна Ассоциация медиков.

Был поздний вечер. Телефон главы ОГА звонил, не переставая.

Словом, больше, чем сутки я бы такого просто не выдержала. Ни темпа, ни уровня осмысления проблем.

Распечатать
© По материалам Луганщина.ua
Наверх